Европа точно потеряла бдительность, в русском языке есть идиома более точно передающая состояние дел с безопасностью в Европе в целом, и в Бельгии в частности – в общем европолиция «нюх потеряла». Перефразируя старую как мир поговорку можно сказать, что всякая система безопасности – это продолжение политики, только иными, силовыми методами.

Силовики по умолчанию серьёзные, молчаливые, и даже где-то угрюмые люди, не верящие никому, глубокие профессионалы распутывающие хитрые ходы террористов, тренирующие реакцию и мускулы на ежедневных и изнуряющих тренировках. Похоже на бельгийскую или французскую полицию? Не-а. Скорее описание подходит под российских краповых беретов, или по крайней мере на израильские службы безопасности типа ЦАХАЛ или Моссад.

Ну, вероятно, вы уже видели скриншот с камеры наблюдения, где два молодых человека катят тележки надев по одной перчатке на руку, так вот мысль о том, что легко одетые молодые мужики восточной внешности с одной перчаткой на руках могут быть подозрительны пришла бы кому угодно в тех странах, где подрывы в городах часть реальности. Я говорю о любом нормальном человеке, а не офицере полиции. Это раз. Во-вторых, теракты предупреждают не за минуту до подрыва, а как минимум недели за две-три, это работа исключительно агентурная и тонкая. Все подозрительные элементы въезжающие в большие города изымаются до того момента, когда они успеют что-то сделать, а тут…

Мужчины с тележками – это братья Халид и Брахим Бакруаи. Смертники, или если им ещё сие угодно шахиды. Полиция Брюсселя их неплохо знала как преступников. Может, она, то есть, брюссельская полиция думала, что если человек приторговывает стволами и наркотой, стрелял с «калаша» в полицейского, то он по умолчанию не способен стать шахидом? Увы, ошибочка. Халид, проживал на съёмной квартире именно в том районе, где взяли Салаха Абдеслама. Жил под чужой фамилией. Да, даже если бы под своей. Проверки документов никто не проводит, договор с квартиродателем фикция, туда хоть Буратоном запишись никому никакого дела. Фотографии с подписью «их разыскивает полиция» в Бельгии не приняты. И тут я произнесу самое короткое русское вопросительное предложение: «Ну и?».

Мужчины с тележками – это братья Халид и Брахим Бакруаи. Смертники, или если им ещё сие угодно шахиды. Полиция Брюсселя их неплохо знала как преступников. Может, она, то есть, брюссельская полиция думала, что если человек приторговывает стволами и наркотой, стрелял с «калаша» в полицейского, то он по умолчанию не способен стать шахидом? Увы, ошибочка. Халид, проживал на съёмной квартире именно в том районе, где взяли Салаха Абдеслама. Жил под чужой фамилией. Да, даже если бы под своей. Проверки документов никто не проводит, договор с квартиродателем фикция, туда хоть Буратоном запишись никому никакого дела. Фотографии с подписью «их разыскивает полиция» в Бельгии не приняты. И тут я произнесу самое короткое русское вопросительное предложение: «Ну и?».

Три подрыва за день и 31 человек погибший – для «ИГИЛ/ДАИШ» не размах, это скорее всего так себе предупрежденьице, мол не фиг к нам в квартал ходит всяким напыщенным пижонам с крутым снаряжением, что считают себе спецслужбами. При желании, ребята из этой террористической организации могли устроить Бельгии настоящую Варфоломеевскую ночь, с резней и массовыми казнями, с отравлениями десятков тысяч человек. Им этого просто не надо было. После таких гигантских терактов как правило мобилизуется народ, а не театральные спецы.

А то, что вся эта публика с винтовками настоящие клоуны – факт. Никто, из адекватных безопасников, не берёт руководителя террористической ячейки не оцепив квартал, и не прочесав каждую квартиру в нем. Никто не расслабляется ни секунды сразу после взятия лидера, никто в службах безопасности не спит пока не поймают всю ячейку, и уж если надо для получения этой информации могут использовать любые методы.

А тут глядя на начальника Брюссельской криминальной полиции Алана Вандерпута становится всё понятно. Похоже, что его личная сексуальная свобода ему куда интереснее, чем безопасность граждан страны.

Но на самом деле проблема безопасности – это вопрос не тактики, и даже не стратегии – а геополитики. Не зная, как справится с обществом потребления, которое сами же и создали, и теряя работоспособное молодое население европейцы решили пойти по пути своих североамериканских коллег (18-19 веков) и привлечь к работе на заводах и в сфере услуг людей из Африки, ну и заодно и Ближнего Востока. Однако, если для рабов-негров из Африки стать одним из равных белым было мечтой, то культурно ассимилировать с европейским населением выходцы из Востока и Африки не спешили и начали кучковаться в анклавы и гетто. Они обрели там своё субсидируемое европейцами счастье, и не спешили к заводским конвейерам и станкам. Они даже язык поленились чуть и продолжали жить как у себя, только побогаче. И тут европейцы со своей толерантностью ко всему, от чего нормального мусульманина коробит стали проникаться идеями Халифата от Средиземного до Балтийского морей. И всё.

Теперь Европа или должна перестать быть Европой, или поменяться вновь на ту Европу, которую мы знали сразу после Первой и Второй Мировых войн – собранной, достойной, голодной, готовой к любым неожиданностям. Время расслабления прошло.

Говорить, о том, что Россия может помочь Европе можно только с учётом готовности самой Европы собраться и начать серьёзную войну с терроризмом и в Сирии, и на собственной территории. И вместе с Россией.